Долина хрустальных озер

Culture
02.10.2008 15:52
Автор:
Лилия Гайсина
Просмотров: 1014

«Лучше гор могут быть только горы». А если в них скрыты жемчужные, кристально чистые озёра...

Одно, два, три, четыре. Там их семь - «семь красавиц Шинга». Говорят, что на месте каждого из них погибла юная дева, потерявшая своего отца и оплакивающая его так, что вокруг поднялась вода. Семь сестер превратились в семь озер, не похожих друг на друга…


Таджикские горы хранят легенды и мифы, в их объятиях менялись целые поколения горцев, а однажды в наших горах появился великий полководец – Александр Македонский. Он пришел сюда с войной, но был жестоко наказан. В бирюзовом таджикском озере Александр потерял своего верного друга – коня Буцефала. Теперь озеро, которое стало для него могилой, называют в честь великого полководца – Искандеркулем… Журналисты VIP zone отправились в горы, в родные таджикские горы, и наш поход превратился в самое настоящее приключение.


 


Все выше и выше, дорога серпантином ведет к небу. С одной стороны неприступная скала, с другой - черная пропасть. Смотреть туда страшно. Где-то там, в глубине, едва слышно журчит маленький ручеек, его и не видно с высоты. Мы покоряем Анзоб. Ночь, бездонное черное небо, на котором бриллиантовой россыпью сверкает Млечный путь. Звезды падают вниз, их так много, что трудно успевать загадывать желания.


Ехать пришлось долго. Мы проезжали маленькие провинциальные городишки, высокогорные кишлаки. Час, другой, третий. Из Душанбе в Пенджикент дорога дальняя. Но свой путь мы решили начать именно оттуда...


Впереди появились редкие огоньки – в кишлаках день начинается задолго до восхода. «Приехали», - обрадовал нас шофер. Мы вышли из машины и по узкой тропинке стали пробираться к кишлаку. Здесь нас уже ждали – «гостевой дом Туйчи Ботурова» - красовалась надпись, освещенная яркой лампочкой. Именно в этом традиционном глиняном таджикском домике, вместе с колоритной семьей мы будем жить в течение тех дней, которые проведем в горах.


 


В кишлаке


Местечко, где мы остановились, называется Падруд, в переводе на русский язык - «место вдоль реки». Кишлак оправдывает свое название, потому что его глиняные и каменные домики раскиданы вдоль неширокой, но очень быстрой речки, которая протекает между знаменитыми семью озерами, куда мы и ехали. Падруд находится в 58 км от древнего Пенджикента и в 310 км от столицы. Дом, где нас так радушно приняли, предназначен специально для туристов. Нет, в нем действительно живет обыкновенная таджикская семья, но их дом участвует в проекте «Туризм на основе сообществ в Зеравшанской долине», внедренным местным общественным объединением «АППР НАУ» в сотрудничестве с Германской службой развития, а также Германской Агро-Акцией  и поэтому принимает любого желающего туриста. В Таиланде, в Перу, да много где еще, уже существует такая практика. Гости приезжают в какую-нибудь живописную, колоритную деревеньку и живут в традиционной семье. Таким образом, туристы знакомятся не только с природой, но и с обычаями, укладом жизни, пищей местного населения. Гостевые дома в Зеравшанской долине расположены вблизи тех мест, которые пользуются наибольшим спросом у приезжающих. В гостевом доме у Туйчи есть все, что может понадобиться туристам: проводник, транспорт, лодка, удочки, бутерброды в дорогу, горячая еда, уютный ночлег  и многое другое. Но самое главное – есть горячий душ. Кстати, услуги в гостевых домах обойдутся туристу очень дешево. Причем цены во время сезона не меняются.


…Спать долго не пришлось. Никто не будил, прохладно, уютно, но глаза открылись и, несмотря на тяжелую дорогу и непродолжительный сон, во всем теле ощущалась какая-то здоровая бодрость. Как было приятно просыпаться, чувствуя на лице брызги водяной пыли, которую игриво принес прохладный горный ветерок с водопада, расположенного почти во дворе гостевого дома. Вокруг все зелено – солнце здесь не такое беспощадное, как в Душанбе, так что оно ничего не выжигает. Цветут колокольчики, одуванчики, неспешно кружат яркие бабочки, гулко жужжат мохнатые шмели и повсюду пахнет свежей, какой-то пряной травой.


Наспех позавтракав, мы уже спешим знакомиться с жизнью Падруда. Хозяин дома, он же наш проводник – Туйчи, ведет нас в гости к своим соседям.


 


Ремесленники


Технический прогресс Падруда фактически не коснулся. О том, что мы не в XVII веке, а все-таки в XXI, напоминают только несколько параболических антенн, электрические провода, кроссовки «адидас» и потертые джинсы на местных жителях. В остальном - старое доброе прошлое. Мы идем по кишлаку, нам встречаются седобородые старцы, в чапанах и чалмах, стеснительные девушки в ярких платочках и в атласных платьях, любопытная детвора – каждый успевает широко улыбнуться и приветливо поздороваться.


Дом, в котором живет местная рукодельница – Анчилой, находится у самого подножия горы. Анчилой пятнадцать лет, румяная, кареглазая, она то и дело опускает свои длинные ресницы и смущенно улыбается. На полу глиняного дома, на самотканом шерстяном паласе она садится, подобрав под себя ноги. Перед девочкой большие деревянные квадратные пяльцы, на которых туго натянут бархат, на материале аккуратно разложены причудливые бумажные фигуры. Под руками Анчилой они скоро превращаются в разноцветные выпуклые цветы. Это сюзане. Почти все девушки Падруда искусно владеют этим мастерством.


Муку в Падруде, как и полагается для XVII века, производят на настоящей водяной мельнице. В маленьком домике, с низкими потолками и маленькими окошками, обвитыми паутиной, крутятся два огромных каменных жернова. Крутит их быстрая река, которая пробегает под мельницей, твердо стоящей на сваях прямо над водой. Шараф – мальчишка лет четырнадцати поломанным ковшом засыпает в подвешенную над жерновами воронку кукурузные зерна, и в минуту они превращаются камнями в желтую муку, которую молодой мельник бережно сметает коротеньким веником в чашку.


Вернувшись домой, становимся свидетелями еще одного представления: оказывается, теща Туйчи – апаи Зебо отлично ткет шерстяные паласы. В руках у женщины только грубая пряжа и две кривые палки. И как у нее получается делать паласы, да еще с такими интересными узорами! Простите, этого мы так и не поняли…


 


Семь красавиц Шинга


Древняя легенда, которую знает каждый житель Падруда, гласит, что давным-давно в этом ущелье исчез старик. Вскоре за ним пришли семь его дочерей одна красивее другой. Они разбрелись по ущелью и принялись искать отца. Никто не откликнулся на их крики и тогда, изнеможенные, они сели на землю в разных местах и принялись горько плакать. Каждая из сестер наплакала столько слез, что появились озера, которые  потопили юных дев. Сестры погибли, но памятью о них в ущелье остались дивные озера, не похожие друг на друга. Юные девы все были хороши, но все же самой красивой из них была младшая – Мижгон. Поэтому на месте ее гибели появилось самое красивое озеро…


Вот такой прекрасной легендой окутаны семь Маргузорских озер. На самом деле все, конечно, менее трагично. Эти озера заполняются талой водой, которая быстрой рекой течет с ледников, находящихся высоко в горах.  Мижгон, Соя, Хушьер, Нофин, Хурдак, Маргузор и Хазорчашма – все они действительно не похожи друг на друга. В одном вода светло-голубая, в другом - изумрудная, в третьем синяя и так все - разных оттенков. Но самое красивое из них - действительно   Мижгон.  Это озеро обладает каким-то глубоким темно-синим цветом. Оно словно застелено огромным отрезом дорогого бархата. Но, минута и озеро вдруг превращается в ядовито-зеленое, еще минута и оно уже голубое, затем оранжевое. Оно играет всеми цветами радуги. Между собой озера похожи только в одном: в них изумительная прозрачная вода, которой так и хочется напиться. Дно каждого из озер, как на ладони…


Ранним утром, когда солнце еще не успело подняться выше гигантских гор, мы вышли к пятому  озеру, которое разлилось у самого Падруда. Прохладой потянуло от воды. Тишина. Только где-то вдалеке шумит горная речка. Над озером пролетела какая-то большая птица, и в этой тишине мы услышали шум от взмахов ее крыльев. С утра лучи солнца упали на воду так, что казалось будто перед нами раскинулось огромное зеркало, которое отразило в себе и голубое небо с пушистыми облаками, и грязно-красные горы вокруг. Ветер легонько гонял волны на поверхности озера. И вдруг…в тишине появилась приятная, грустная мелодия. Сначала она звучала только музыкой, но постепенно мы стали разбирать отдельные слова песни. С крутой горы по тропинке спускался невысокий парнишка, он гнал перед собой трех ослов, нагруженных большими охапками хвороста, и тоскливо напевал какую-то старинную мелодию здешних мест.


 


Прощание с Падрудом


Уезжать из Падруда не хотелось. Кажется, здесь мы обрели настоящий покой, как-то по-новому поняли жизнь. Здесь мы повстречали таких добрых людей, которых уже не найти в городе. Наверное, прав был солист легендарной группы «ДДТ» – Юрий Шевчук, когда на вопрос: «Почему вы живете в деревне?» ответил: «А я здесь зла никому не делаю»…


Когда мы уезжали, почти весь кишлак собрался нас провожать. Только тут мы заметили, что в отличие от непохожих Маргузорских озер, девушки в Падруде очень похожи друг на друга. Светловолосые, белолицые, зеленоглазые – таких здесь много. А ведь зеленый цвет глаз, причем не просто зеленый, а изумрудный, встретишь нечасто. «А это из-за того, что зеленой травы вокруг много. Девочки с детства на нее смотрят и у них получаются зеленые глаза», - со знанием дела объяснил нам Туйчи.


 


Озеро Александра


Фанские горы известны далеко за пределами нашей страны. Это одно из самых живописных мест Таджикистана, которое по достоинству пользуется большим спросом у туристов. «Я сердце оставил в Фанских горах, теперь бессердечный хожу по равнинам» - пел когда-то известный бард Юрий Визбор. Мы все дальше и дальше отъезжаем от Падруда, а нам навстречу то и дело попадаются пыльные пешие туристы с огромными рюкзаками за спиной. Мимо Маргузорских озер по горным дорогам они держат свой путь к еще одному чуду Фанских гор – озеру Искандеркуль. Пешком этот маршрут занимает у любителей дикого отдыха 10 дней.


Мы тоже едем к озеру Искандеркуль и от встречи с ним захватывает дух. Это озеро получило свое название в честь великого полководца, завоевателя Александра Македонского: Искандер – Александр, куль – озеро. Об этом месте существует еще более занимательная легенда.


2300 лет назад один из величайших полководцев и государственных деятелей древнего мира Александр Македонский, покорив ряд азиатских государств, совершал победоносный поход в Индию. В 329 году до нашей эры он дошел до Согдианы и, покорив ее народы, въехал на белом коне в столицу страны Мараканду. Разрушив Мараканду, Александр установил в стране деспотическую власть.


Но свободолюбивые горцы не могли смириться с чужеземным игом и объявили Александру непримиримую войну. Разгневанный Александр решил наказать непокорных. Во главе большого отряда всадников он проник в район повстанцев, разрушил и предал огню их жилища и, чтобы предать забвению даже память о них, велел воинам перегородить реку,  протекавшую через поселение. Вскоре на этом месте возникло горное озеро. И все же горцы не сдались. Чтобы окончательно расправиться с непокорными, Александр повелел разобрать верхнюю часть плотины. Огромная масса вод, хлынувшая вниз, уничтожила и разметала поселения горцев. Но и это не принесло победы. Однажды, горя желанием отомстить жестокому завоевателю, горцы объединились и, словно лавина, обрушились на лагерь врага. Разгорелась ожесточенная битва. Александр носился по полю сражений на белоснежном коне Буцефале, подбадривая воинов. А горцы подбирались все ближе. Теснимый ими, Александр оказался на краю скалистого обрыва. Конь не удержался и вместе с всадником рухнул с утеса в воду. Александр спасся, но его конь утонул.


Беспредельно было горе Александра, потерявшего боевого друга. Он увел войска на восток из этого негостеприимного края. А потом в Индии полководец в честь коня назовет Буцефалом город, основанный им в 326 году на реке Гидаспе.


Александр ушел, но, по местным преданиям, в летние лунные ночи, ровно в полночь из вод Искандеркуля появляется призрак Буцефала. Он пасется на берегах озера, резвится вокруг воды, но потом вдруг стремительно бросается назад в бездну. Если незамужней девушке посчастливится увидеть призрак коня Александра, то ее ждет счастливая супружеская жизнь…


 


Саратог


Пока мы вспоминали легенды о Македонском, на горы незаметно опустилась ночь. Искандеркуль встретил нас черной пропастью и едва различимыми всплесками воды, потревоженной ветром. Но  и здесь мы не остались без крова. В 10 км от озера, в кишлаке Саратог нас ждали в еще одном «гостевом доме у Карима Давлатова». На просторной веранде, обшитой пахучим деревом, за накрытым дастарханом нас встретили хозяева дома. Горячий суп – угро, с огромными айнинскими лепешками, сахарный арбуз и таджикские сухофрукты к чаю. Мы еще долго вели задушевные беседы и не хотели расходиться спать. За домом шумела Искандердарья, во дворе листьями шуршали деревья, пел сверчок и пахло только что политой землей. В мою ногу ткнулось что-то мокрое и холодное – это был нос большой чабанской овчарки, лениво вилявшей своим коротким хвостом в знак приветствия. Потом она зевнула и неторопливо пошла спать к воротам…


 


Жемчужина Фанских гор


Озеро Искандеркуль расположено между отрогами Гиссарского хребта. Бирюзовое, спокойное, обрамленное великими горами, отражающими свое величие в его водах, – предстало перед нами озеро Искандеркуль. У берега на наши шаги тотчас отреагировал целый косяк маленькой рыбешки – гольца: рыбки бросились врассыпную. Высоко над озером парил гордый орел, а где-то совсем недалеко стрекотала настоящая сорока.


Рядом с озером расположена туристская база. Прибывающие сюда обычно «регистрируются» в каменной «домовой книге». Такова традиция, установленная еще в прошлом веке. «Домовая книга» — огромный, размером в трехэтажный дом, камень, лежащий на берегу Искандеркуля. Его поверхность сверху донизу испещрена сотнями   фамилий   и   дат.   Есть   подписи,   считающиеся   историческими. Одна из таких гласит: «Руские. 1870. VI». Это — память об экспедиции, в составе которой находился известный исследователь Памира А. П. Федченко.


Сразу от озера, по протоптанной туристами дорожке, цепляясь за кусты и обходя огромные валуны, некогда скатившиеся с вершин гор, мы пробираемся к водопаду. Параллельно с нами бежит голубая, совершенно прозрачная Искандердарья. Чем ближе, тем отчетливее слышен звук самого водопада. Тропинку то и дело перебегают зайцы. Фауна Искандеркуля достаточно богата: здесь обитают зайцы, лисы, куропатки, кеклики, а в более глухих местах можно встретить медведя, снежного барса и волка.


Наконец мы дошли: во всей красе нам открывается шумный, пенящийся водопад – Фанская Ниагара, как многие его называют. Водопад ниспадает с высоты 38 метров. Прямо над ним установлена удобная смотровая площадка, откуда за водопадом можно наблюдать часами. Тут же растет старая сгорбленная арча, сплошь обвязанная ленточками, платочками и даже бирками от одежды. Туристы, оставляя на арче свою тряпочку, обязательно загадывают желание. Говорят, оно обязательно сбывается...


 


Российский пейзаж


Возвращаясь от водопада, мы заглянули в еще одно интересное местечко – Змеиное озеро. Оно находится по соседству с озером Александра, стоит только подняться и спуститься по одной горе. Подняться, спуститься  и…словно очутиться в другом мире. Если не смотреть наверх и не замечать величественные горы, то Змеиное озеро ничем не будет отличаться от настоящего российского пейзажа, спрятанного где-нибудь среди густого березового леса. Озеро, сплошь заросшее коричневыми водорослями, больше похоже на болото, только вода в нем прозрачная. Постепенно водоросли переходят в густую зеленую с желтизной траву, а уже на траве, на другом берегу высятся березки, рябины и другие, характерные для России деревья. Под кустом что-то зашевелилось, и перед нами мелькнула искрящаяся на солнце змеиная кожа, которая мгновенно исчезла за серым камнем. Недаром озеро назвали Змеиным… Из воды озера то тут, то там торчат дряхлые, скрученные коряги, еще и название... Какое-то чертовское спокойствие хранит озеро в себе. Поэтому, несмотря на то, что здесь очень и очень красиво, все же хотелось поскорее вернуться назад...


…Все хорошее когда-нибудь заканчивается, впрочем, как и плохое. Наш маршрут подходил к концу, мы бросали в озера монетки и обещали местным жителям, уже успевшим стать нам близкими, вернуться в эти дивные места еще. Они могут нам верить, ведь здесь мы оставили самое ценное – свое сердце, которое обязательно нас вернет, потому что ходить бессердечным по равнинам очень грустно...


 

Отправить комментарий

КАПЧА
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.