Курган-Тюбе: пытки или провокация?

Закон и порядок
08.06.2006 11:18
Автор:
Ольга ТУТУБАЛИНА, Саидрахмон НАЗРИЕВ, Asia-Plus
Просмотров: 1956

Заключенные №9/8 Курган-тюбинской тюрьмы особого режима подвергаются пыткам. Об этом заявляют их родственники. УИД республики считает эти заявления ложью.

НАПОМНИМ, 24 мая в Курган-тюбинской тюрьме начался судебный процесс в отношении 12-ти заключенных, участвовавших в бунте в августе прошлого года. Тогда в знак протеста против плохих условий содержания около сотни заключенных вскрыли себе вены. Теперь инициаторам этой акции вменяется в вину «воспрепятствование деятельности учреждений исполнения наказаний», «дезорганизация работы тюрьмы» и «участие в преступной группировке».


Родственники обвиняют


ПО словам родственников подсудимых, во время судебных заседаний последние заявляли о пытках и унижениях, которым они подвергаются в течение последних месяцев. А примерно неделю назад родственники подсудимых написали письмо в адрес президента республики, копии – Генпрокуратуре, Минюсту, ОБСЕ, Председателю Маджлиси Милли Маджлиси Оли, Бюро ООН по миростроительству, в котором просили главу государства «восстановить законность и взять под свой контроль положение заключенных в исправительных учреждениях Таджикистана». «Наши мужья и сыновья похожи на узников нацистских концлагерей! У них сломаны руки и ноги, серьезные травмы позвоночника и головы!», - говорится в обращении.


В своем обращении к главе государства женщины выразили недоверие председательствующему судье Хатлонского областного суда Саиджону Раджабову, проигнорировавшему заявления заключенных о пытках. Авторы письма просят президента создать независимую комиссию с участием представителей Генпрокуратуры, Минюста, правозащитных НПО и СМИ по расследованию фактов издевательств над заключенными.


Корреспондент «АП» встретился с некоторыми авторами этого обращения.


- Мне каждый день кто-то звонит и говорит, что мой сын скончался в результате избиения, - говорит шестидесятилетняя мать подсудимого Набиджона. - Когда их перевели в следственный изолятор города Душанбе, я приехала из Худжанда, но не смогла передать сыну продукты, свидание мне тоже не разрешили. Несколько недель я плакала, просила пустить к сыну, даже обращалась в Генпрокуратуру, но мне сказали, что в СИЗО карантин и родственникам туда нельзя. Наших детей калечат. Я обращусь к президенту страны, пусть он один раз навестит наши исправительные колонии и тюрьмы, посмотрит, что там происходит. Мы не говорим, что наши сыновья не виновны, не просим отпустить их, но никто не давал права их избивать.


- Когда я первый раз увидела своего брата в суде, я его не узнала, - говорит сестра одного из заключенных, отказавшаяся назвать свое имя. Я узнала его только по голосу. И еще у него было какое-то желтое лицо, я думаю, их не выпускают на воздух.


- У меня брат тоже проходит по этому делу, - говорит Зайнаб Хакимова. - Мы долго не могли передать ему продукты и вещи, сколько раз обращались, все бесполезно. Я видела его на суде и не узнала, он был сильно избит. Я чувствую, что если их осудят, мой брат не доживет до конца срока. Его осудили за кражу сотового телефона, и он должен был скоро выйти, но случился бунт и его обвинили в его организации.


- Я прохожу по этому делу как свидетель, - говорит Тахмина (имя изменено), жена одного из подсудимых – «смотрящего» колонии г. Курган-тюбе. Вот уже 11 лет я состою с ним в браке, но когда я в первый раз увидела его в зале заседания, я его не узнала. Когда его допрашивали, он показал судье свою кисть, она была вся синяя. Он сказал, что у него сломана рука, но до начала заседания с него сняли гипс... Муж даже попросил судью, чтобы сняли с него одежду и засвидетельствовали его состояние. А судья ни смотреть, ни слушать не хочет. Возможно, мой муж нарушил закон, участвовал в организации бунта, пусть его судят по закону, пусть докажут его виновность, но они не имеют никакого права унижать этих людей и тем более избивать их. Подсудимые говорили, что им даже дубинки в рот засовывали… А когда они содержались в СИЗО г. Душанбе им вместо нормальной еды давали кружку чая и кусок хлеба.


Правоохранительные органы опровергают


ЗА комментариями по заявлениям родственников подсудимых мы обратились к их адвокатам. Так, по словам Нигоры Хаитовой, защищающей интересы Баходура Абдулмадудова,  обвиняемого в организации бунта, «мы (адвокаты, - прим. ред.) на судебном заседании обратились к судье, чтобы он разрешил провести медицинскую экспертизу. Была она проведена или нет, я не знаю.


Между тем, по словам заместителя начальника Управления исправительными делами Минюста республики Бахрома АБДУЛХАКОВА, «подсудимые ежедневно проходят медосмотр».


- Официально заявляю, что слова родственников подсудимых о якобы имевших место пытках – это ложь и клевета!, - сказал он корреспонденту «АП». - В колонии проводилась уже не одна проверка, в том числе и с участием представителей Генпрокуратуры. Мы постоянно следим за ситуацией. Никто подсудимых не пытал и не избивал. Если бы это было так, я и мои подчиненные уже давно сами были бы подсудимыми или, в лучшем случае нас бы уволили.


- В чем тогда причина их, как Вы говорите, лжи?


- Вы проследите это дело с самого начала. О пытках они говорят давно, что только они не писали…


Слова замначальника УИДа корреспонденту «АП» подтвердил и.о. начальника колонии г. Курган-тюбе Шерали КУРБОНОВ. «Мы всех подсудимых обязательно осматриваем, - говорит он. - И могу сказать, что их никто не бьет». От дальнейших комментариев он отказался, сославшись на нехватку времени.


- Если бы к нам обратился хоть один из родственников подсудимых с заявлением о применении к их родным пыток, мы бы обязательно начали расследование, - заявил «АП» прокурор Хатлонской области Фозилджон АХУНОВ. – Но никто из них до сегодняшнего дня к нам не приходил.


Тем не менее, совсем скоро прокуратуре Хатлонской области все же придется организовать проверку в тюрьме №9/8. Об этом корреспонденту «АП» заявил начальник отдела по надзору за исполнением законов в местах предварительного заключения и исполнения уголовных наказаний Генпрокуратуры - Саидахмад ДЖАМОЛОВ.


- Мы получили обращение от родственников подсудимых, - говорит он. – Скоро мы его рассмотрим и передадим в прокуратуру области – старшему помощнику прокурора Хатлона, курирующему СИЗО и места лишения свободы, Шарифу Хайетову.


- Замначальника УИД говорил нам, что в указанной тюрьме уже не раз проводились проверки, в том числе и с участием представителей Генпрокуратуры.


- Да. И два раза за весь период следствия мы получали соответствующие отчеты.


- До этого обращения вы получали какие-то сигналы от подсудимых, их родственников или адвокатов?


- Да. Во время следствия мы получили несколько писем от адвоката главного организатора бунта - Баходура Абдулмадудова. А недавно было заявление от него самого. Но вот, посмотрите, здесь он говорит о том, что его избивают, но это, во-первых, не его почерк, а во-вторых, нет подписи под письмом. Завтра он запросто может отказаться от своих слов…


- Во время суда – 24 мая, по словам его жены, он обратился к судье с просьбой засвидетельствовать его состояние, но «судья ни смотреть, ни слушать не хочет»…


- Мы не можем вмешиваться в это дело пока идет суд. Но после вынесения приговора адвокаты подсудимых могут подать кассационную жалобу, в которой укажут на нарушения, которые, по их мнению, допускались по отношению к их подзащитным.


- Вы допускаете, что по отношению к подсудимым в Курган-тюбинской тюрьме могли применяться пытки?


- Не исключено, что их права могут нарушаться. Но никто их не пытает.


- Почему Вы в этом так уверены?


- А какой резон их избивать во время суда? Там же все открыто, присутствуют судья, адвокаты, прокуроры, - то есть свидетели.


- Предположим, подсудимые лгут. Но для чего им это нужно?


- Чтобы избежать ответственности. Чем больше они привлекают общественное внимание, тем больше, по их мнению, у них шансов на снисхождение. Я так думаю.


- Вы говорили о свидетелях. Насколько нам известно, этот процесс является открытым, однако родственники подсудимых говорят, что их на заседания не пускают. Почему?


- Да, процесс открытый. А не пускают, наверное, потому что там, замечу в небольшом помещении сидят 80 свидетелей, среди которых 48 потерпевших из числа осужденных. Потерпевших, между прочим, от подсудимых. Еще в тюрьме они издевались над этими людьми, занимались мужеложством, отбирали у них деньги и т.д. Теперь потерпевшие, конечно, злые на них и неизвестно как они отреагируют на присутствие в суде жен их обидчиков.


- А как же охрана?


- Если нападет такая толпа, могут быть пострадавшие…


Между тем, по факту бунта в тюрьме следствие еще не завершено. По данным источника в  прокуратуре Хатлонской области, в отношении других заключенных, участвовавших в бунте, расследование продолжается. Также, по словам источника, по статье 322: за халатность, которая привела к тяжким последствиям, было предъявлено обвинение и четырем сотрудникам тюрьмы.


P.S. НА очередное судебное заседание, которое предварительно должно пройти на следующей неделе, редакция «АП» намерена отправить своего корреспондента...


Врезка:


Из обращения родственников подсудимых на имя президента страны:


«…Даже если наши мужья и сыновья в чем-то провинились, это не даёт оснований работникам исправительного учреждения над ними зверски издеваться… То, что мы увидели в зале суда своими глазами, не может оставить равнодушным ни одного здравомыслящего человека. Наши мужья и сыновья похожи на узников фашистских концлагерей! Год назад это были крепкие мужчины, а сейчас – исхудавшие и больные! У некоторых из них переломаны руки и ноги, серьёзные травмы позвоночника и головы! Мы видели на них синяки, гематомы и опухоли от побоев! Их подвергают таким нечеловеческим физическим пыткам, что многие из них плакали. Мы были в ужасе, увидев своих близких впервые за 11 месяцев!…».

Отправить комментарий

КАПЧА
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.